June 3rd, 2011

Борис Михайлович Кустодиев

Мой мудрррый Пусик и маленький Ланцелот, вам наверррное, последнее вррремя кажется, что художники рррисовали только одних попугаев. Мне было бы пррриятно ответить: «Да, да, именно так, я знаю», но действительность горрраздо печальнее и прррозаичнее: живописцы ещё писали и дррругих животных, не могут они остановиться на самых умных и симпатичных..

Да, котов, естественно, тоже, они часто встррречаются на полотнах. Но сейчас ррречь пойдёт о собаках, фррранцузских бульдогах и мопсах – меня попррросил рррассказать о них  morontt , мой дррруг. А я собирррался-собирррался, а потом – ррраз – и рррешился, с бухты-барррахты и вдррруг!

Итак, начнём. И перррвая каррртина, с которррой начинается повествование, всем известна, но я всё ррравно обррращу на неё внимание. Это замечательный поррртрррет Федоррра Шаляпина ррработы Кустодиева.  Собственно, больше можно было бы ничего не говорррить, но всё-таки капельку покурлычу, потому что случай особенный.

 

Collapse )

Ну, и почему я собственно начал рррассказ с этой каррртины: Фёдоррр Иванович позиррровал вместе со своей любимой псиной, замечательным мопсом, для которррого, чтобы он смотрррел в нужном напррравлении (Ланцелот и Пусик, ну-ка быстррро запаситесь терррпением и всепрррощением) на шкаф сажали кошку, вот такие вот были дела. Меня это новость тоже поначалу с ума свела. Но я думаю, что всё было мирррно, искусству жеррртвы из кошек, наверррняка, не нужны. Будем надеяться, что все были дррруг с дррругом миррролюбивы и очень дррружны.