super_kakadu (super_kakadu) wrote,
super_kakadu
super_kakadu

Воспоминания о войне (3)

Первые две части можно посмотреть здесь и здесь, третья - под катом.

zoosovet
Они сражались за Родину

Стрелой взлетела к облакам
Зелёная ракета,
И значит нам, штурмовикам,
Опять работать где-то…*

Мой дядя - Полежаев Олег Васильевич. Воздушный стрелок Ил-2. Войну закончил в звании гвардии младшего сержанта.
58-й гвардейский штурмовой Донской Краснознаменный ордена Суворова авиационный полк 2-й гвардейской штурмовой Черниговско-Речицкой Краснознаменной ордена Суворова авиационной дивизии 16-й воздушной армии 1-го Белорусского фронта.



2. Штурмовик Ил-2

фотограф - М.С.Редькин

3.


4.


5.


6. С боевыми товарищами. Слева - Карасёв П(ётр), справа - Пальчиков Вл. 27.11.1945.


7. С боевыми товарищами (слева и в центре). К сожалению, их имена неизвестны. 10.03.1946.


8. Его командир - гвардии старший лейтенант Чернявский Илья Архипович


9. Надпись на обороте


10. Гвардии старший лейтенант Чернявский Илья Архипович (слева). ФИО второго лётчика неизвестны.


11. Надпись на обороте


12. Последняя фотография… Гвардии лейтенант Полежаев Олег Васильевич (1924-1950).


Небо… ты нас не забудешь,
Ты все-таки нашим осталось,
Мы все, как один,
Мы дожить до Победы мечтали…
Небо… мы шли сквозь огонь,
Нам тяжелое бремя досталось,
Сжимая штурвал, стиснув зубы,
Мы в бой улетали!…
В небо!… *

* Использованы слова песни «Запомни нас, небо» Николая Анисимова.

chio_chio_son

МОЙ ДЕДУШКА. - ВАСИЛИЙ ИСАКОВИЧ КИРИКОВ - ПРОПАЛ БЕЗ ВЕСТИ ...



Я УБИТ ПОДО РЖЕВОМ

Я убит подо Ржевом,
В безымянном болоте,
В пятой роте,
На левом,
При жестоком налете.

Я не слышал разрыва
И не видел той вспышки, -
Точно в пропасть с обрыва -
И ни дна, ни покрышки.

И во всем этом мире
До конца его дней -
Ни петлички,
Ни лычки
С гимнастерки моей.

Я - где корни слепые
Ищут корма во тьме;
Я - где с облаком пыли
Ходит рожь на холме.

Я - где крик петушиный
На заре по росе;
Я - где ваши машины
Воздух рвут на шоссе.

Где - травинку к травинке -
Речка травы прядет,
Там, куда на поминки
Даже мать не придет.

Летом горького года
Я убит. Для меня -
Ни известий, ни сводок
После этого дня.

Подсчитайте, живые,
Сколько сроку назад
Был на фронте впервые
Назван вдруг Сталинград.

Фронт горел, не стихая,
Как на теле рубец.
Я убит и не знаю -
Наш ли Ржев наконец?

Удержались ли наши
Там, на Среднем Дону?
Этот месяц был страшен.
Было все на кону.

Неужели до осени
Был за н и м уже Дон
И хотя бы колесами
К Волге вырвался о н?

Нет, неправда! Задачи
Той не выиграл враг.
Нет же, нет! А иначе,
Даже мертвому, - как?

И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она -
Спасена.

Наши очи померкли,
Пламень сердца погас.
На земле на проверке
Выкликают не нас.

Мы - что кочка, что камень,
Даже глуше, темней.
Наша вечная память -
Кто завидует ей?

Нашим прахом по праву
Овладел чернозем.
Наша вечная слава -
Невеселый резон.

Нам свои боевые
Не носить ордена.
Вам все это, живые.
Нам - отрада одна,

Что недаром боролись
Мы за родину-мать.
Пусть не слышен наш голос,
Вы должны его знать.

Вы должны были, братья,
Устоять как стена,
Ибо мертвых проклятье -
Эта кара страшна.

Это горькое право
Нам навеки дано,
И за нами оно -
Это горькое право.

Летом, в сорок втором,
Я зарыт без могилы.
Всем, что было потом,
Смерть меня обделила.

Всем, что, может, давно
Всем привычно и ясно.
Но да будет оно
С нашей верой согласно.

Братья, может быть, вы
И не Дон потеряли
И в тылу у Москвы
За нее умирали.

И в заволжской дали
Спешно рыли окопы,
И с боями дошли
До предела Европы.

Нам достаточно знать,
Что была несомненно
Там последняя пядь
На дороге военной, -

Та последняя пядь,
Что уж если оставить,
То шагнувшую вспять
Ногу некуда ставить...

И врага обратили
Вы на запад, назад.
Может быть, побратимы.
И Смоленск уже взят?

И врага вы громите
На ином рубеже,
Может быть, вы к границе
Подступили уже?

Может быть... Да исполнится
Слово клятвы святой:
Ведь Берлин, если помните,
Назван был под Москвой.

Братья, ныне поправшие
Крепость вражьей земли,
Если б мертвые, павшие
Хоть бы плакать могли!

Если б залпы победные
Нас, немых и глухих,
Нас, что вечности преданы,
Воскрешали на миг.

О, товарищи верные,
Лишь тогда б на войне
Ваше счастье безмерное
Вы постигли вполне!

В нем, том счастье, бесспорная
Наша кровная часть,
Наша, смертью оборванная,
Вера, ненависть, страсть.

Наше все! Не слукавили
Мы в суровой борьбе,
Все отдав, не оставили
Ничего при себе.

Все на вас перечислено
Навсегда, не на срок.
И живым не в упрек
Этот голос наш мыслимый.

Ибо в этой войне
Мы различья не знали:
Те, что живы, что пали, -
Были мы наравне.

И никто перед нами
Из живых не в долгу,
Кто из рук наших знамя
Подхватил на бегу,

Чтоб за дело святое,
За советскую власть
Так же, может быть, точно
Шагом дальше упасть.

Я убит подо Ржевом,
Тот - еще под Москвой...
Где-то, воины, где вы,
Кто остался живой?!

В городах миллионных,
В селах, дома - в семье?
В боевых гарнизонах
На не нашей земле?

Ах, своя ли, чужая,
Вся в цветах иль в снегу...

Я вам жить завещаю -
Что я больше могу?

Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой отчизне
С честью дальше служить.

Горевать - горделиво,
Не клонясь головой.
Ликовать - не хвастливо
В час победы самой.

И беречь ее свято,
Братья, - счастье свое, -
В память воина-брата,
Что погиб за нее.
1945-1946

Александр Твардовский. Стихотворения.
Россия - Родина моя. Библиотечка русской
советской поэзии в 50-ти книжках.
Москва: Художественная литература, 1967.

luvida
Спасибо за жизнь...

Я родилась в год 10-летия Победы, но всё моё детство прошло под знаком «роковых сороковых». О ней, проклятой, всю свою жизнь помнила моя бабушка: проводив мужа в первые дни войны, она получила от него единственное письмецо: «Завтра первый раз идём в бой…». Возможно, именно из этого боя мой дедушка Печеницын Павел Николаевич не вернулся. Он пропал без вести 29 октября 1941 года. Бабушка день и ночь работала в колхозе, «ростила» дочь. И всю жизнь, все 45 лет, ждала мужа: не погиб же, значит, жив…

Дедушке был был 31 год. Бабушки не стало в 76 лет.



О войне часто рассказывал мой отец Гурьев Виктор Васильевич, попавший на фронт в неполные 18 и вернувшийся домой инвалидом. Почти всю войну прошла и его сестра Гурьева Зинаида Васильевна - тётя Зина…

Мой свёкор Даманский Николай Анатольевич, родившийся в 1927, "успел попасть на японскую войну.

Воевали и оба деда Алексея. Один - Храмцов Василий Самойлович - вернулся живым и дожил до 84 лет. Другой - Даманский Анатолий Тимофеевич - в 1944 году погиб и похоронен в с. Петрушаны Бельской области Республики Молдова. В сентябре 2011 года мы побывали на месте его гибели.

Даманский А.Т. погиб в 42 года Храмцов В.С. дожил до 84 лет


Да найдётся ли и сегодня среди нас человек, чью семью обошла стороной эта всенародная беда, именуемая войной?!Как мало их осталось в живых… Нам бы их на руках носить, наших дорогих победителей! А они продолжают... воевать. С государством, с чиновниками, с неблагодарными детьми.
Нет, они в то время не думали ни о наградах, ни о благодарностях. Они просто исполняли свой долг – Родину защищали. А в перерывах между боями мечтали о том, какой счастливой и радостной будет жизнь после войны. Об этом же мечтали в тылу. Потому что в тылу тоже шла война, под лозунгом: «Всё для фронта, всё для победы». Как жалко и больно, что не сбылись их мечты о вечном мире на всей земле…
Tags: дрррузья, наши воспоминания
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments