super_kakadu (super_kakadu) wrote,
super_kakadu
super_kakadu

Categories:

Воспоминания, или почти сто лет тому назад

Решил продолжить публиковать воспоминания Иды Миримовой (отрывок о праздниках можно прочитать было здесь).

Мой отец, Юлий Кононович Заломонович родился в 1888 г. в Риге.
...
... в университет его по причине установленных для евреев процентных норм поступления не приняли, и пришлось ему ехать на учебу в Германию, в Кенигсберг. Денег на учебу не было, и их дал тесть, выучивший, таким образом, для дочки (Анны Наумовны, 1895 г.р.) мужа. Это не был, конечно, брак по расчету, родители дружили с детства (их матери были двоюродными сестрами), семьи часто ездили к друг другу в Ригу и Двинск, мать и отец были нежно влюблены друг в друга. Может быть, и не связал бы себя отец узами брака так рано, да дедушка был практичным человеком.

Поженили родителей (маме только исполнилось 16 лет), и уехал отец в 1911 г. учиться в Кенигсберг, а мама осталась в родительском доме. Отец приезжал только на каникулы. Привез он из Германии отличное знание классической музыки, и, помню, в Опочке вечерами мог «проигрывать», напевая и за артистов, и за оркестр «Аиду», «Травиату», «Кармен». Слух у него был прекрасный. В 1912 г. родился мой брат Илюша, а в 1914 г. отец окончил университет, защитил диссертацию. Но германский диплом в России оказался недействительным, его следовало подтвердить, сдав государственные экзамены, и отец сделал это в Киевском университете и стал врачом. Это было весной 1914 г. По окончании учебы молодые врачи приносили присягу – «Факультетское обещание» (Клятву Гиппократа), и копия «Обещания», подписанная отцом, сохранилась.
И вот, получив место земского врача в крошечной больничке села Новгородка Опочецкого уезда Псковской губернии, отец, забрав жену с ребенком из Двинска и бабушку из Риги, начал самостоятельную жизнь.

Много раз папа рассказывал мне о потрясающих волнениях первых месяцев врачебного служения. Именно «служения»: клятву, которую приносили молодые врачи при получении звания, он воспринимал свято. В нашей семье был культ больных. Отца могли поднять ночью, приехать за ним на лошаденке в любую погоду, он надевал гремящий парусиновый балахон, садился в сани или телегу и трясся 10-20 верст. Он никогда и помыслить не мог, чтобы отказать в медицинской помощи нуждающемуся. Больные любили его, в особенности старушки. Помню (это было уже в Опочке), он придет к какой-нибудь опочецкой старой даме, поцелует ей ручки, скажет: «Ну мы с вами еще потанцуем, первый тур вальса за мной, никому не отдавайте». И старушка растает: ведь тут только теплые слова и нужны, лекарство уже ни к чему.

Земский врач должен был иметь все, и отец был и терапевтом, и первоклассным акушером, мог вырвать зуб (у него был полный набор зубоврачебных щипцов). В общении с пациентами ему мешало плохое знание русского деревенского языка: отец ведь вырос в полунемецком городе Риге, да еще и учился в Германии. Когда, например, молодой доктор деликатно спрашивал у старушки-крестьянки, был ли у нее стул, она отвечала, что была табуретка, да и ту унесли. Требовалось вмешательство сестры, чтобы объяснить все «своими словами».

отсюда


Пррродолжение следует.
Tags: наши воспоминания
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments